ХРАМ ПОКРОВА ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ "НА ТОРГУ"

Уроки церковности

(Благовестник № 10, 1995)

Братья и сестры!

Ходить ли мне в один только храм, или можно посещать и другие?”, - этот вопрос мне задавали уже не раз.

Я не вижу ничего греховного в том, что кто-то из наших прихожан пойдет помолиться в другую церковь, тем более, если там храмовый праздник, архиерейское служение или еще какое-то событие. Грешно пропускать воскресные и праздничные богослужения, посещать собрания сектантов, но любой православный храм для нас – святое и благодатное место молитвы. Дом божий.

Однако, признаюсь и в том, что если я долго не вижу у нас в Покрове чьего-то привычного лица, во мне возникает ощущение неблагополучия. Какая может быть причина: болезнь, обида? Хуже других служим, поем, проповедуем? Уверен, что это чувство знакомо и другим священникам (особенно настоятелям). Некоторая “ревнивость” в нас, конечно же, есть, но не следует объяснять ее исключительно самолюбием.

В выборе “своего” храма обычно сказываются: близость его к нашему дому и удобство транспортного сообщения, служение в нем нашего духовника, особая приверженность к какому либо святому (легко понять горячего почитателя Святителя Николая, отправляющегося пусть и далеко, но в Никольский храм). К этому перечню можно добавить и любимые иконы, и хорошее пение, и тишину на богослужениях, но он все равно будет недостаточным без указания на причину, о которой часто забывают, - любви к собратьям по приходу и желания общаться с ними.

“Я иду в храм к Богу и мне безразлично, кто стоит рядом”, - высказывания подобного рода мне доводилось слышать неоднократно, и я дивился их сухости и высокомерию. Христиане первых веков учились любви ко всему христианскому роду (да и всему человечеству) в своих небольших, но тесно сплоченных общинах. Если кто-то из братьев или сестер во Христе не приходил на молитвенные собрания (“вечери любви”), это волновало всех. Лишение братского общения было суровым наказанием для тех, кто позволял себе недооценивать его. Мы сохранили обращение “братья и сестры”, но чувство родства по вере во многом утеряли. Грустно слышать, как некоторые из православных завидуют баптистам, для которых проявление интереса друг к другу – закон. Не завидовать надо и не ссылаться на исторические причины нашего охлаждения, а всемерно пытаться восстановить теплоту приходского общения там, где ее недостает. Кто может помешать нам взглянуть в церкви на стоящего рядом не как на случайного попутчика в троллейбусе, а как на духовно близкого человека, с которым нас свел Сам Бог. А если так, то почему бы нам не пожелать занять какое то место в его жизни и ввести его в свою? Разумеется, нехорошо затевать разговоры во время молитвы, но пути общения найдутся, был бы интерес друг к другу. Мне рассказывали, что в зарубежных православных общинах не принято расходиться после воскресной литургии, прихожане остаются “чаевничать” в подсобном помещении и беседую между собой. Мы попробовали ввести этот обычай в нашем приходе после субботней всенощной и вполне довольны результатом. Тем, кто остается, всегда находиться о чем поговорить, мы стали ближе друг к другу. Правда, остаются пока немногие (человек 10-15), сказываются непривычность таких встреч и наша вечная озабоченность.

Ну а тем, кому и в одном храме нехорошо, и другом чего-то не хватает, я посоветовал бы искать причину в собственной душе – может быть, нехорошо именно там? Неслучайно затянувшиеся поиски заканчиваются нередко уходом в секту. В наших храмах собираются, в большинстве, хорошие и интересные люди, вот только замечать и ценить это мы не всегда умеем.

Вопрос, с которого я начал этот разговор, невозможен в большинстве мест нашей епархии. Нельзя выбирать храм и духовника, если они в единственном числе, но христиански братолюбивый настрой и поиск путей сближения зависят только от нас.

Протоиерей Василий Павлов.

В начало страницы